Первые годы после основания колонии люди почти не думали о соседях.

Освоение Южного материка требовало слишком много сил. Нужно было строить поселения, прокладывать дороги, искать подходящие для жизни районы, налаживать добычу ресурса и постепенно превращать временную базу экспедиции в место, где действительно можно жить. Но со временем колония стала достаточно устойчивой, появились постоянные поселения, заработала инфраструктура, дети начали расти уже на Бусине, а исследовательские группы получили возможность заниматься не только тем, что необходимо для выживания. И тогда возник вполне естественный вопрос: а что находится за пределами освоенной территории?

Северный материк был виден на картах уже давно. Его побережье обследовали с орбиты, отдельные районы отмечали как перспективные для дальнейших исследований, но высаживаться туда в первые годы не было особой необходимости. Теперь ее тоже не было, но к началу второй сотни лет существования колонии у нее появились силы на любопытство.

Первые разведывательные группы отправились на север не в поисках разумной жизни. Люди искали новые территории, источники воды, удобные районы для будущих поселений и, конечно, места, где можно было бы продолжить добычу ресурса. Они не знали, что на Северном материке уже давно существует другая цивилизация.

И аренны тоже не собирались знакомиться с человечеством. Для них освоение собственного мира шло своим чередом. Их грибницы занимали привычные территории, связующие перемещались между поселениями, защитники следили за границами, а окружающий мир постепенно менялся под воздействием самих ареннов. Появление чего-то странного заметили случайно. Сначала следы деятельности - дороги, вырубленные участки, следы машин. Потом сами машины, а затем и тех, кто ими управлял.

Первые аренны, увидевшие людей, долго не могли определить, что именно перед ними. Живой организм? Колония? Разумное существо? Почему оно перемещается при помощи огромных мёртвых конструкций? Почему уничтожает часть окружающей среды, чтобы освободить место для своих сооружений? И главное — оно здесь живёт? Наблюдение быстро сменилось попытками приблизиться.

Для людей ситуация выглядела не лучше.

В лесу обнаружилось нечто, совершенно не похожее ни на одно известное животное, земное или с Бусины. Оно двигалось, реагировало на происходящее и, судя по всему, наблюдало за людьми. Первой естественной реакцией некоторых колонистов было решить, что перед ними неизвестная местная форма жизни, второй — что она может быть опасной. Долгие взаимные наблюдения подтвердили, что опасными эти существа быть могут, а еще - что они слишком координированно действуют для животных. Встреча с разумным видом там, где их не должно быть! Научный состав на ушах ходил в предвкушении, но у военных бал свой взгляд на вещи. И на необходимость охранять вверенное им оборудование.

Первый контакт оказался не слишком дружелюбным, заставив обе стороны запомнить - да, все тут разумны, и все очень серьезно относятся к защите своих.

После первых столкновений разум попытался взять верх над инстинктами, и начались осторожные, мышиные шаги в сторону взаимопонимания. Языки оказались принципиально разными, и приходилось начинать с нуля. Жесты, простые действия, изображения, предметы. Повторение, очень много повторения. Ни человеческий голосовой аппарат не мог воспроизвести дрожание струн аренов, ни их прикосновения и своеобразная музыка не могли повторить человеческих слов, но обе стороны были разумны и технологически развиты. Техника, живая и искусственная, помогла преодолеть первый барьер непонимания, но их ожидалось еще множество.

Первый контакт не стал началом дружбы, но и войной он тоже не стал.

Пока обе стороны пытались понять друг друга, выяснилось ещё кое-что. Ни аренны, ни люди не пришли на соседние материки просто посмотреть. И теперь им пришлось задуматься о том, что раньше в голову не приходило - что же делать, если планета, которую они считали своей колонией, уже кому-то принадлежит?